«Химики о науке, о себе и о других»: новая книга академика Юрия Золотова
Зная, как правильно, свободно и радостно живётся в научном мире,
невольно желаешь,
чтобы в него вошли многие.
Д.И. Менделеев
В издательстве «Наука» вышла новая книга академика РАН Юрия Золотова «Химики о науке, о себе и о других». Это не типичный сборник биографий, а эксперимент в жанре документальной прозы: обзор мемуаров и интервью известных российских учёных-химиков о выборе жизненного пути, о научной работе, о коллегах, об Академии наук и выборах её членов, нравственном облике учёного. «Запечатлённое в мемуарах и интервью отношение к прошлому нашей страны почти у всех разное, а вот мысли о своей науке, о химии, очень сходны», — говорится в аннотации.
Юрий Золотов, классик аналитической химии, автор более 900 научных работ и лауреат Государственных премий, выступил в роли составителя и интерпретатора. Вместо сухого перечня достижений — живая ткань воспоминаний, где химия предстаёт не просто областью знаний, а судьбой человека. «В воспоминаниях можно почувствовать дух эпохи, узнать об интересных людях, взглянуть на события глазами человека-участника либо просто заинтересованного свидетеля», — пишет в предисловии академик.
Замысел книги
Юрий Золотов объясняет замысел работы: «Мне было интересно узнать, что думали мои коллеги, работавшие в предыдущие десятилетия, о химии, о науке вообще, об обществе, о людях, которые в науке работают. Мне казалось, что это пример для тех, кто работает сейчас, — знать, что думали и что могли написать их предшественники».
При этом академик сознательно отказался от описания детских лет героев, сосредоточившись на методологии работы, научной этике, зарубежных поездках, отдыхе и даже выборах в Академию наук. «Деятельность человека неотделима от его личных качеств и особенностей, — подчеркнул Юрий Золотов. — Рассматривать научные достижения в отрыве от среды, в которой человек жил, от людей, с которыми он общался, нельзя. Поэтому всё должно быть в комплексе».
Облик химической науки
Книга построена тематически: от «выбора пути» и особенностей научной работы до «нравственного облика учёного». Читатель узнаёт, как рождались великие идеи в лабораториях, с какими вызовами сталкивались химики в годы войны, а также — что вдохновляло их за пределами профессии.
Приведём два разных фрагмента выбора научного пути:
«Химик-технолог академик Николай Михайлович Жаворонков, в своё время (последовательно) директор Физико-химического института им. Л.Я. Карпова, ректор Московского химико-технологического института им. Д.И. Менделеева, директор Института общей и неорганической химии им. Н. С. Курнакова АН СССР, тоже отметил роль школьного учителя: „Моя судьба оказалась предрешённой. Наука и только наука — твёрдо знал я к концу школьной жизни. Наука, но какая? И здесь никаких сомнений тоже не было. Ибо мой учитель ”болел” химией. Мог ли не занедюжить ею и я?“».
«Будущий физико-химик, более известный как историк химии, профессор Николай Александрович Фигуровский попал в химию, будучи военнослужащим. И не по приказу! Командиры отобрали группу толковых красноармейцев и сообщили им, что они направляются на „курсы красных командиров“. А направления подготовки предложили выбрать самим. Большинство, в том числе Фигуровский, выбрало военно-химическое: название звучало, как им казалось, лучше, чем, скажем, военно-артиллерийское или тем более военно-хозяйственное».
За пределами лабораторий
Отдельные главы посвящены научно-организационной работе, выборам в Академию, а также тому, «как и где отдыхали составители мемуаров». Зарубежные командировки, хобби, взгляд на химию сквозь призму личных драм и побед — книга оказывается намного шире, чем просто научно-популярное издание о химиках.
«А что касается смелости, то нельзя не вспомнить не просто смелый, а почти экстравагантный поступок академика В.А. Кабанова (об этом написал академик И.А. Новаков): „Не могу не привести ещё один эпизод, который стал почти что хрестоматийным. Когда произошла чернобыльская авария, В.А. Кабанов с сотрудниками своей кафедры в числе первых отправились на полигон. Уже там они разработали эффективные рецептуры для предотвращения миграции радиоактивной пыли в зоне Чернобыля. Но прежде чем использовать созданный спецраствор, необходимо было получить на это разрешение главного санитарного врача, который никак не соглашался и потребовал предъявить доказательства того, что раствор не отравит землю и леса. И тогда учёный перелил раствор из колбы в стакан и залпом выпил его. После чего санврач подписал-таки нужную бумагу“».
Объективная картина эпохи
Книга построена преимущественно на воспоминаниях послевоенных лет. Учёные по-разному оценивают прошлое страны, порой, отличаются моральными ориентирами, но демонстрируют единство в главном: в трепетном отношении к химии как к высшей форме познания мира.
Говоря о том, зачем включать полярные мнения, в том числе тех, чью позицию автор не поддерживает, Юрий Золотов пояснил: «Я делаю обзор. Человек, готовящий обзор, должен быть объективным. Он должен отразить разные позиции, разные точки зрения. И я считал, что это совершенно необходимо. Неважно, согласен я или не согласен, — конечно, моё отношение может сквозить между строк, но тем не менее нужно давать достаточно объективную картину».
Для кого эта книга
Издание адресовано «широкому кругу читателей». Студент-химик найдёт здесь скрытые механизмы научной школы, историк — подлинный дух эпохи, а человек без специального образования — увлекательные истории о том, как живут и мыслят люди науки. «Некоторые люди читают мемуары с большим удовольствием, чем художественную литературу, — пишет Юрий Золотов во вступлении. — Особенно если они написаны хорошо».
Книга «Химики о науке, о себе и о других» подтверждает, что за формулами и открытиями всегда стоит личность, наблюдать за которой не менее захватывающе, чем следить за научным открытием. Академик Юрий Золотов описывает это так: «Конечно, оценки людей в воспоминаниях могут быть субъективными: события, явления описываются с позиций человека, который мог видеть только одну их сторону, не знать пружин, подспудных движений; в мемуарах возможны ошибки в датах, именах — память не абсолютна. В интервью можно сказать что-то, о чём пожалеешь через год, тем более — через двадцать лет. Но зато живые наблюдения, непосредственное восприятие, зато детали, которые знает только сам вспоминающий и пишущий! Главное же в том, что за воспоминаниями — личность, интересная сама по себе».
Об авторе
Юрий Александрович Золотов — академик РАН, советник РАН, главный научный сотрудник Института общей и неорганической химии им. Н.С. Курнакова РАН и химического факультета Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова. Кавалер орденов Трудового Красного Знамени, Дружбы, Александра Невского и «Знак Почёта», лауреат Государственных премий СССР, РСФСР и РФ, Демидовской премии, награждён Золотыми медалями им. Д.И. Менделеева и Н.С.Курнакова РАН, имеет ряд международных наград. Известны его исследования в области жидкостной экстракции веществ, концентрирования микрокомпонентов, тест-методов химического анализа, общих вопросов аналитической химии и другие. Автор серии книг о науке и учёных, включая многократно переиздававшиеся «Химики ещё шутят».
