Проведён анализ редкой озоновой аномалии, зафиксированной в марте 2025 года
Специалисты Института физики атмосферы им. А.М. Обухова РАН описали механизмы формирования озоновой «дыры» над Скандинавией и северо-западом Европейской России в начале весны 2025 года. Результаты исследования опубликованы в журнале Atmosphere.
Озоновые дыры представляют собой области значительного истощения озонового слоя, который защищает биосферу от опасных уровней ультрафиолетового излучения Солнца. Традиционно под озоновой «дырой» понимается снижение общего содержания озона (ОСО) в Антарктике ниже порогового значения в 220 единиц Добсона.
Это происходит из-за специфических динамических условий: устойчивый, продолжительный стратосферный полярный вихрь с низкими температурами, достаточными для формирования полярных стратосферных облаков. В результате в весенний период после проникновения солнечных лучей в полярную стратосферу в ней начинается активное химическое разрушение озонового слоя.
Межгодовая изменчивость весеннего озона в Арктике, также как и в Антарктике, определяется динамикой полярного стратосферного вихря. Зима 2024–2025 гг. в стратосфере Арктики выдалась исключительно холодной, напоминая аномальный сезон 2020 года, когда наблюдалось рекордное разрушение озонового слоя. Несмотря на то, что в начале марта 2025 года произошло внезапное стратосферное потепление, приведшее к росту ОСО во всей полярной стратосфере, над северо-западом России и Скандинавией возникла кратковременная озоновая «мини-дыра».
Авторы статьи подробно описывают эволюцию озонового слоя в начале марта 2025 года, когда ОСО опустилось до критических значений в 220–240 единиц Добсона. Для столичного региона этот показатель стал вторым минимальным результатом с 1986 года, а в Санкт-Петербурге был обновлён абсолютный минимум за весь период наблюдений с начала 1980-х годов.
С использованием химико-климатической модели ИВМ – РГГМУ было установлено, что решающий вклад в формирование аномалии озона в начале марта 2025 года внесли динамические процессы, связанные с формированием в тропосфере антициклона с повышенной тропопаузой, однако процессы химического разрушения озона в полярной стратосфере также имели значение.
Дефицит озонового слоя весной 2025 года оказал прямое влияние на радиационный режим: в исследуемый период УФ-индекс в Москве, Санкт-Петербурге и Хельсинки превысил климатическую норму на 60—100 %. Несмотря на то, что в абсолютном выражении мартовские значения УФ-излучения остались в пределах «умеренной опасности», результаты исследования свидетельствуют о важности таких эпизодов. В том числе из-за повышенной чувствительности к УФ-радиации организма человека после зимы.
«На фоне глобального потепления из-за продолжающегося роста концентрации парниковых газов наблюдается тенденция к охлаждению стратосферы. Это может способствовать усилению стратосферного полярного вихря, что в свою очередь повышает вероятность возникновения значительных озоновых аномалий в Арктике в будущем. Поэтому, хотя в результате снижения содержания в атмосфере озоноразрушающих соединений к середине текущего века ожидается восстановление озонового слоя, регулярный мониторинг состояния озонового слоя и исследование его изменений с использованием химико-климатических моделей по-прежнему являются важной задачей», — подчёркивает один из авторов исследования, старший научный сотрудник ИФА РАН Павел Варгин.
В состав коллектива исследователей также вошли учёные из Центральной аэрологической обсерватории, Российского государственного гидрометеорологического университета, Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова, Санкт-Петербургского государственного университета и Главной геофизической обсерватории им. А. И. Воейкова.
Источник: ИФА РАН.
