Пантократор из Новгорода: изучен металлический образок из раскопок в Славенском конце
Археологи исследовали металлическую подвеску-иконку с изображением Спаса-Вседержителя из раскопок в Славенском конце средневекового Новгорода. Образок происходит из датированных культурных отложений середины XI века и, таким образом, значительно древнее основной массы подобных литых металлических образков, получивших распространение в ХII веке. Статья, вводящая в научный оборот одну из новых находок христианской пластики, опубликована в журнале «Древняя Русь. Вопросы медиевистики» (№ 4 (102), 2025).
Как отмечают авторы статьи, директор Института археологии РАН академик Николай Макаров, заместитель директора ИА РАН член-корреспондент Пётр Гайдуков и старший научный сотрудник ИА РАН Ирина Зайцева, христианские предметы в археологических контекстах, чётко определяющих их хронологические позиции, среди новых находок по-прежнему немногочисленны. Одна из них — иконка с изображением Христа Вседержителя — была найдена в Великом Новгороде на Иоанновском раскопе в слое середины XI века в ходе исследований Новгородской экспедиции Института археологии РАН в 2022 году.
Иоанновский раскоп расположен на Торговой стороне города в квартале 38, на территории древнего Славенского конца. Культурный слой на раскопанном участке, в целом достигающий 8 м, был изучен до материка на площади 72 кв. м. Иконка найдена в нижней части влажных культурных отложений, на глубине — 780 см, в 20 см от предматерика (погребённой почвы). Она залегала между двух построек древнейшего, 21-го яруса усадебной застройки.
Находки из нижних слоёв этой застройки включают яркие, но, по мнению специалистов, в общем, обычные для Великого Новгорода бытовые вещи: оружие, орудия труда и украшения, среди которых крест-тельник с дисками на лопастях, подвеска-лунница, фрагмент подвески в виде всадника, нож с костяной рукоятью, железные игла и шило, обломок коромысла, фрагмент деревянного сосуда и др.
«Этот набор характеризует обитателей древнейшей усадьбы, как состоятельных горожан, знакомых с воинскими занятиями (находки стрел, фрагментов кольчуги и шпоры), возможно, связанных с Прибалтикой и северо-западом Новгородской земли (находка браслета со штампованным орнаментом). Набор вещей из этих отложений в целом может быть датирован XI веком», — предполагают авторы статьи.
Дополнительный анализ сопутствующего археологического материала позволил дать публикуемой находке более узкую датировку. В 4 м от иконки в том же слое обнаружен фризский денарий из области Тиля, отчеканенный в 1030–1050-х гг. Сопоставляя приведённые данные, учёные с осторожностью заключили, что публикуемая находка могла быть утеряна в 1040-х гг.
Иконка имеет прямоугольную форму размерами 33,5 × 30,5 × 2,3 мм (без ушка). С ушком её высота составляет 40,9 мм. В её центре на углублённом фоне помещено рельефное погрудное изображение Христа. Высокорельефный рисунок имеет хорошее качество и тщательную детализацию.
Иконка с изображением Христа Вседержителя. 1 — фото Н.Д. Угулавы; 2 — прорисовка А.С. Дементьевой
Предмет был изучен при помощи приборной базы Центра коллективного пользования Института археологии РАН. Анализ показал, что иконка отлита из свинцовой латуни с содержанием цинка 15,5–17,8 % и свинца 3–4 %. «Может создаться впечатление, что она имеет золотистое покрытие, однако это не так. Кажущееся покрытие образовалось в результате коррозии предмета во влажном новгородском слое. Первоначально образок имел яркий золотистый цвет и представлялся золотым неискушенному зрителю», — отметили исследователи.
Металлические иконки-подвески с рельефным изображением Христа немногочисленны. Несколько круглых экземпляров с грубыми неотчетливыми низкорельефными изображениями происходят из сборов в Суздальском Ополье. В каталоге находок из нелегитимных сборов, изданном в 2011 году, иконок с рельефным изображением Христа всего 15. Все они, за двумя исключениями, имеют круглую или киотчатую форму, большинство представляет собой грубые отливки, изготовленные, вероятно, по оттискам.
Обращает на себя внимание жемчужная обнизь нимба Христа на новгородской иконке и украшение жемчужинами креста на нимбе. Подобный приём можно видеть на целом ряде византийских пластинок из слоновой кости тончайшей работы. Иконография, стилистика и датировка этих предметов показывают, что образец для новгородской иконки с изображением Христа Вседержителя следует искать среди византийской мелкой пластики из слоновой кости. Необычный золотистый цвет, намеренно приданный металлу, нехарактерный для древнерусской христианской пластики, соответствует византийским представлениям о золоте как об образе света и божественных энергий.
Пантократор из Новгорода занимает обособленное положение: среди известных в настоящее время предметов христианской пластики нет отливок по тому же оттиску или по оттиску новгородского образка. Иконки с поясным изображением Христа Вседержителя из частных коллекций идентичны новгородской по иконографии и общему характеру изображения, но отличаются размерами. Они изготовлялись по оттискам с другой модели. Воспроизведение священных изображений высокого художественного уровня с использованием более простых технологий и недорогих материалов широко практиковалось в восточнохристианском мире, но документировано, главным образом, наблюдениями над предметами христианского искусства XII–XIII вв.
«Мы не можем дать определённый ответ о месте изготовления иконки, найденной на Иоанновском раскопе. Она могла быть отлита в Византии, к чему склоняет необычный для Северной Руси состав металла с высоким содержанием цинка, или в Новгороде с использованием в качестве модели византийской резной подвески. Более определённо просматривается культурно- историческая среда, к которой принадлежал её владелец: это состоятельные жители новгородских усадеб, вовлечённые в торговлю и военные занятия, вероятно, связанные особыми отношениями с Балтийским регионом и обозначавшие свою христианскую идентичность ношением крестов-тельников, которые ещё не получили массового распространения на Руси в XI веке», — полагают авторы статьи.
По их мнению, присутствие иконки с изображением Пантократора в Славенском конце — свидетельство одного из прямых обращений к христианскому искусству Византии для расширения ещё достаточно узкого круга предметов личного благочестия, которые в середине XI века находились в обиходе принявшего Крещение населения Северной Руси.
